Богема

Любители оперы уже давно привыкли к переносам действия классических произведений в другие эпохи и страны. Но признанный мастер психологического музыкального театра из Германии Клаус Гут, приглашенный в 2017 году поставить популярную «Богему» Пуччини в Париж, сумел удивить и хорошо подготовленных ценителей «режиссерской оперы». Он отправил «творческую молодежь» – поэта, художника, философа, музыканта – с их «родины» в Латинском квартале Парижа дальше всех – в космос, в неопределенное будущее – превратив все действие оперы в ностальгические воспоминания и предсмертные галлюцинации потерянных во Вселенной, гибнущих космонавтов.

«Сбились с курса. Экспедиция в опасности. Система жизнеобеспечения на исходе... Последние остатки юмора. Применим воображение. Возродим минувшие дни», пишет Рудольф в электронном бортовом журнале. Партию поэта-космонавта исполняет превосходный бразильский тенор Аталла Аян. С этого начинается опера. Потом, из прошлой жизни, появляется Мими со свечой – трепетная, тонкая австралийская сопрано Натали Кар. В следующей сцене веселая парижская жизнь из кафе «Момус» ворвется в гибнущий космический корабль – а с нею и красавица Мюзетта, которую здесь исполняет россиянка Аида Гарифуллина. Потом мы окажемся уже в холодном, античеловеческом инопланетном пейзаже, контрастом которому будут выступать теплые, богатые чувств воспоминания о земной любви и разлуке. В отличие от «оригинальной» оперы, где в финале умирает от чахотки Мими, здесь в финале умирают все, а призрак Мими в белом платье со свечой в руке остается жить в Космосе.
 

Даже в видеозаписи слышно по возгласам из зала, как неоднозначно восприняла публика эту постановку. Но режиссер Гут объясняет в предисловии, что он основывался на том чувстве ностальгии, которое прочел в первоисточнике оперы – романе Анри Мюрже «Сцены из жизни богемы», где Рудольф и его друзья также вспоминают свои молодые парижские дни. С другой стороны, его вдохновлял научно-фантастический роман Станислава Лема «Солярис» – первоисточник знаменитого фильма Андрея Тарковского. В отличие от социальной подоплеки «Богемы», которую попытались приблизить к нам авторы зальцбургской постановки 2012 года, поместив героев оперы в сквот 1990-х, парижская постановка пытается в первую очередь передать эмоциональное состояние героев в контексте их обреченности. Гут призывает публику дать шанс его видению, обещая, что «Богема» обязательно «приземлится».
 

Настоящим триумфатором этого спектакля стал яркий, популярный венесуэльский дирижер Густаво Дудамель, для которого эта «Богема» стала дебютом в Парижской опере. Четыре года спустя, в сезоне 2021-22 года, Дудамель стал музыкальным руководителем этого прославленного театра. Значит, космический полет прошел не зря.